Лора (li_ga2014) wrote,
Лора
li_ga2014

Categories:

..о гениальности...пару мыслей...часть 2

Гениальность вообще неизмерима и масса мозга или величина IQ имеют к ней малое отношение. Не связываю гениальность с высоким уровнем гормонов, характером развития или трудом до изнеможения, как считал Томас Эдисон. Гениальные способности можно развивать, но для этого нужно родиться гением.


0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)

580762 (600x340, 214Kb)
Чаще всего гениальность выявляется достаточно рано. К четырем годам ребенок уже проявляет 50% будущих интеллектуальных способностей, к шести — 70%, а к восьми — 90%. Но одаренные дети органически обречены на неврозы из-за непонимания учителями и сверстниками.
Донести дух ребенка до старости — вот в чем одна из тайн гения. Каждый ребенок отчасти гений, а каждый гений отчасти ребенок .
П. Флоренский считал способность долго сохранять детство секретом гениальности,
а Анна Ахматова говорила о Б. Пастернаке: «Он награжден каким-то высшим детством». И действительно, многие гении объясняют свой дар незамутненным детским взглядом на мир.
В изданном в Англии «Словаре национальных биографий» из 1030 упомянутых великих людей лишь 44 вундеркиндами не былю.
Из 64 выдающихся английских художников и музыкантов 40 в детстве проявили себя как вундеркинды. Во Франции, по статистическим подборкам, из 287 великих людей 231 показал яркую одаренность в возрасте до 20 лет. В США проследили судьбу 282 одаренных детей, 105 из них добились в жизни заметных достижений.

0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)

Гениальность вообще неизмерима и масса мозга или величина IQ имеют к ней малое отношение. Не связываю гениальность с высоким уровнем гормонов, характером развития или трудом до изнеможения, как считал Томас Эдисон. Гениальные способности можно развивать, но для этого нужно родиться гением.

0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)

img1 (700x525, 336Kb)
В России вундеркиндами творческого типа были
А. С. Грибоедов, Михаил Лермонтов, Александр Батюшков, Лев Ландау…

Наряду с гениями от Бога, вундеркиндами, которые выделяются неординарными способностями с самого нежного возраста

(Моцарт, Рафаэль, Пушкин),

гении «от себя» отличаются крайне медленным, даже запоздалым развитием (И. Кант, М. В. Ломоносов, Ф. Тютчев, В. Ван Гог, И. В. Гёте, М. Планк А. Эйнштейн).

Например, Р. Вагнер, овладел нотным письмом лишь в двадцать лет.

Многие из таких людей в детстве и юности производили впечатление малоспособных.

Джеймс Уатт, Джонантан Свифт, Альберт Эйнштейн в детстве вообще считались бездарными. Исааку Ньютону не давалась школьная математика, Карлу Линнею прочили «карьеру» сапожника, а Чарльзу Дарвину отец говорил, что он «будет позором семьи». «Поздние» гении обычно творят долго, плодотворно и без надрывов, присущих вундеркиндам. Раннюю одаренность моцартовского типа иногда объясняют реинкарнацией — переселением душ. В пользу такой идеи свидетельствуют многочисленные факты появления сверходаренных детей со способностями и познаниями, которых обычному человеку не под силу накопить за целую жизнь.

Гениальность  Моцарта известна каждому из нас — уже в пять лет он сочинял сложные музыкальные произведения.


65bc924914bf81bcf85306e455664bed (640x425, 236Kb)

Многие гении отличаются детской беспомощностью и инфантилизмом. Яркий пример — философ Бертран Рассел, жена которого была вынуждена оставлять ему подробнейшие письменные инструкции о том, что, когда и как нужно делать, чтобы не проголодаться и не простудиться.


0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)

особенностью гения является абсолютная и длительная сосредоточенность на определенной идее. Британский профессор психиатрии М. Фитцджеральд уподобил это свойство гениальности с проявлением аутизма: по мнению этого ученого, возникновение аутизма контролируется теми же генами, которые отвечают за творческое мышление. Обладающие такими генами люди способны на маниакальное сосредоточение, но не способны вписаться в социальную среду или зависеть от общепринятых норм и мнений.

Кстати, совершенно невероятные способности некоторых аутистов * являются результатом изоляции некоторых областей мозга от тех, которые позволяют связывать разные потоки информации вместе и выдавать общее решение. В результате такие изолированные области развиваются сильнее, что и приводит к возникновению невероятных способностей.
Уже древние греки видели в гениальности священную болезнь, насылаемую богами на людей определенного типа. О сходстве гениальности с безумием, о том, что гений человека есть одновременно и его рок, писали Аристотель, Сенека, П. Буаст, А. Шопенгауэр, Т. Карлейль, Н. Паганини, С. Цвейг, Н. Бор, М. Антокольский и многие, многие другие.
Свидетельствует М. Антокольский: «Великие люди близки к сумасшествию. Только из натянутой струны мы можем извлекать чудные, гармоничные звуки, но вместе с тем, ежечасно, ежеминутно рискуем, что струна порвется».
Идею гениальности как психического отклонения развил итальянский психиатр Чезаре Ломброзо в книге «Гениальность и помешательство»
(1864).
Ему удалось собрать обширный материал о сходстве симптомов, наблюдаемых у психически нестабильных и гениальных людей

0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)
теория врожденной гениальности,
согласно которой выдающиеся способности имеют генетическую подоплеку, тогда как факторы среды и воспитания вторичны.
гениальность нередко сопровождают три хвори: синдром Марфана (Николо Паганини, Авраам Линкольн, Ханс Кристиан Андерсен, В. Кюхельбекер, Шарль де Голль, Никола Тесла, Л. Ландау),
синдром Морриса (Жанна д’Арк)
и гипоманиакальная депрессия (Р. Шуман, Н. В. Гоголь, К. Линней, Э. Хемингуэй, Р. Дизель, Ф. Д. Рузвельт, У. Черчилль, многие другие гении).
Например, гениальность Пушкина имела три составные части,
три источника:
гипоманиакальная депрессия, повышенный уровень мочевой кислоты и избыток андрогенов.
Не связываю гениальность связывают с гомосексуальностью.
С психологических позиций гениальность является не нормой, а психической аномалией, опасным отклонением, можно даже сказать — ошибкой природы.
З. Фрейд объяснял гениальность сублимацией неудовлетворенных желаний, трансформацией глубинных влечений в неистовую тягу к новизне (неофилия).
Е. Г. Юнг развивал идеи И. В. Гёте: «Всё, что создает гений, создает бессознательно, и никакое гениальное творение не может быть усовершенствовано простым
размышлением».

0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)


images (259x194, 47Kb)

Художник — не источник вдохновения, а медиум, человек, обладающий способностью безошибочно чувствовать и находить то прекрасное, что уже существует в Божьем мире.

Кистью по холсту или пером по бумаге водит не художник, а Бог.Гениальный композитор не создает великую симфонию, ибо она уже существует — он обнаруживает ее в бесчисленном сочетании звуков. То же относится к скульптору, отсекающему от глыбы лишнее, к поэту, который просто составляет слова, но составляет их правильно, единственно возможным образом, и, соединенные именно в такой, продиктованной свыше последовательности, они обретают не только прекрасную форму, но еще смысл, иногда удивляющий глубиной самого тпоэта. Не секрет, что лучшие стихи великих поэтов часто умнее своих творцов... Чему удивляться, если вдохновение принадлежит не писателю, а иной, более высокой инстанции?

Чему тогда мы аплодируем?

Немного о личностных особенностях гения.
Обдумывая что-либо, многие творческие личности искусственно вызывают прилив крови к голове.
Ф. Шиллер ставил ноги в лед,
Д. Мильтон и Р. Декарт опрокидывались головой на диван.
Ж. Ж. Руссо обдумывал свои произведения под ярким полуденным солнцем,
Д. Россини — лежа в постели,
Г. В. Лейбниц мыслил только в горизонтальном положении.
У А. Н. Скрябина вдохновению всегда предшествовал приступ истерии. Припадок часто длился всю ночь, а утром он приходил в себя и начинал записывать музыку.
А. С. Даргомыжский следующим образом описывал свои ощущения во время написания «Каменного гостя»: «При нервическом моем состоянии у меня расходилась творческая жилка, как бывало в молодости. Это, в самом деле, странное явление: сидя за фортепьяно, больной и сгорбленный, я в пять дней продвинул моего “Каменного гостя”, как здоровый и в два месяца бы не продвинул».
Рихард Вагнер во время сочинения музыки раскладывал на стульях и на мебели куски яркой шелковой материи и периодически ощупывал их.
Кроме того, он окружал себя пышной роскошью — это давало ему внешний импульс к композиции. Болезнь Рихарда Вагнера, сопровождавшаяся физическим и нервным истощением, вызвала у композитора творческий прилив. Прелюдию к драме «Золото Рейна» он написал в сумеречном состоянии.
Вальтер Скотт надиктовал своего «Айвенго» в состоянии транса, а когда тот кончился, не мог вспомнить ничего, за исключением основной идеи, продуманной ранее.
И. В. Гёте мешал писать скрип пера и брызги чернил, поэтому он предпочитал карандаш.
У Фридриха Шиллера «приступы» творчества вызывали гнилые яблоки на столе.
Виктор Гюго не мог работать, не имея перед собой своей бронзовой собачки.
Эмиль Золя на время работы привязывал себя к стулу.


e4d69f82eb6ae51f43a9bb8ce60 (622x320, 134Kb)
Ш. Л. де Монтескьё перед тем, как сесть писать, надевал свежие манжеты.
И. С. Тургенева подстегивала бессонница.
Иосиф Гайдн возбуждал себя блестящим предметом, рассматривая алмаз на кольце своего пальца. Без этого кольца музыка к нему не приходила.
П. И. Чайковскому для работы были необходимы уединение и тишина.
Подобным образом Альфред Мюссе слагал стихи в полном одиночестве и при торжественных свечах: он заранее накрывал стол для себя и воображаемой женщины, которая должна была вот-вот прийти и разделить с ним ужин.

e11d310d1fbdbe5581edd9015f9b388abc5f6c146134660 (539x700, 282Kb)
Поэт и композитор Э. Т. А. Гофман часто творил в состоянии алкогольного опьянения. Он даже изобрел свои «элексиры творчества» — различные смеси из алкогольных напитков, вызывающие «приступ» энтузиазма.
Шарль Бодлер и Ги де Мопассан исследовали влияние на творческий процесс наркотиков,

Guy-de-Maupassant-02 (453x700, 200Kb)
и творец «Цветов зла» подробно описал свои ощущения.
Действие эфира Мопассан описывает так: «То не сон, не грезы, не болезненные видения, то — необыкновенное обострение мышления, новая манера видеть вещи, судить и оценивать жизнь, сопровождаемое полной уверенностью в том, что эта манера и есть истинная».

Но слишком трудно этот дар вместить,
Ведь если бы Дарящий не скупился,
Давно благословенный Им очаг
Наш кров и стены в пепел обратил.

Да, нужна недюжинная сила, дабы воспринять и снести этот дар: «Не всегда ведь вместится в слабом сосуде дар Божий, Иногда лишь снести может его человек».
Мне представляется, в этой мудрости и заключается разгадка феномена человеческой гениальности.
И многие художники могут внутренне почувствовать, что эти слова И. Х. Ф. Гельдерлина обращены именно к ним.

В снах утра и в бездне вечерней
Лови, что шепнет тебе Рок,
И помни: от века из терний
Поэта заветный венок.


0_7e0b9_4420d21c_M (279x10, 2Kb)

А. Мюссе писал о поэтическом творчестве, что оно не труд, но вслушивание, «словно бы кто-то неведомый нашептывает слова вам на ухо».
Все большие художники, потрясаясь собственными откровениями, признавались себе и публике в том, что они только «голоса», что «через меня хочет быть», что «…было в сердце моем, как бы горящий огонь, и я истомился, удерживая его, и — не мог…», что «…не знаю сам, что буду петь, но только песня зреет», что «полным тайны, загадочным, мистическим образом возникает из “художника” творение»: «тетрадь подставлена — струись!».
Очень ярко феномен «уст небес» выражен у Н. В. Гоголя.

Korovin_YD-Revizor-Portret-Gogol_NV (700x615, 423Kb)
К собственному творчеству он относился как к раскрытию тайны, ему заповеданной: «Я ждал ответов, которые будут прямо от Бога».
Н. В. Гоголь жил в экстатическом ожидании музы и в непрерывном страхе утраты божественной творческой силы. О роли вдохновения писали многие гении, но у Гоголя есть молитва о даре озарения, который ниспошлет ему Всевышний:
«Молю тебя, жизнь души моей, мой Гений! О, не скрывай от меня! Пободрствуй надо мной в эту минуту и не отходи от меня… Я на коленях. Я у ног твоих! О, не разлучайся со мною! Живи на земле со мною хоть два часа каждый день, как прекрасный брат мой! Я совершу. Жизнь кипит во мне. Труды мои будут вдохновенны. Над ними будет веять недоступное земле божество!».
В одном из писем Гоголя я обнаружил душераздирающее признание:
«Бог недаром отнял у меня на время силу и способность производить произведения искусства, чтобы я не стал произвольно выдумывать от себя…»
Гоголь был абсолютно уверен в том, что всю жизнь находился под особым божественным покровительством:
«Бог имеет обо мне особенное свое попечение»; «Чувствую, что не земная воля направляет путь мой»; «Кто-то незримый пишет передо мною могущественным пером»,
Подобно тому, как в мистике говорят о божественном озарении и темной ночи души, так в гениальном творчестве просматривается струя, идущая не от Бога, а от беса,
Именно великие поэты декларировали, что нет произведения искусства без участия дьявола и что от присутствия беса рождается магическая сила стихов.
Может ли великое творчество не может быть демоническим по природе?
подробно здесь и крайне интересно!
.
Tags: литература, эссе
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments